Что нового предложено в законопроекте о коммерческой тайне?

Что нового предложено в законопроекте о коммерческой тайне? Что нового предложено в законопроекте о коммерческой тайне? А.Ханкевич, Руководитель отдела специальных программ ЗАО «Интеллект» Госдума на пленарном заседании в пятницу приняла в первом чтении законопроект "О коммерческой тайне", разработанный Минпромнауки России совместно с Минатомом России, Гостехкомиссией России и Роспатентом. Этот законопроект определяет критерии отнесения информации к коммерческой тайне и предусматривает правовое регулирование основных вопросов при использовании такой информации и охрану ее конфиденциальности. Он также устанавливает законодательные ограничения на отнесение информации к коммерческой тайне и обязывает предоставлять информацию, являющуюся коммерческой тайной, органам госвласти, суда и прокуратуры в случае возникновения такой необходимости. Законопроект определяет права обладателя коммерческой тайны, в том числе имущественные права на подобную информацию. Кроме того, он регулирует отношения, связанные с обращением информации, полученной при выполнении госконтракта для федеральных и государственных нужд. Законопроект также предусматривает ответственность за нарушения законодательства о коммерческой тайне. Принятие настоящего законопроекта, по мнению его авторов, позволит создать правовые условия для эффективного функционирования в РФ рынка товаров, работ и услуг и предупреждения недобросовестной конкуренции. Законопроект также призван активизировать использование в коммерческих целях различного рода "секретов производства", типа программ для ЭВМ и баз данных, которые не целесообразно охранять исходя из условий конкуренции на рынке. Законопроект "О коммерческой тайне" направлен на консолидацию законодательства РФ о коммерческой тайне, его развитие и дополнение, в том числе с учетом требований Всемирной торговой организации - соглашения о торговых аспектах интеллектуальной собственности /ТРИПС/ и устраивает всех заинтересованных лиц. Анализ То, что подобный закон необходим, что без правомерной регламентации вопросов и отношений, связанных с информацией, охраняемой в режиме коммерческой тайны, будут существенно ограничены возможности экономического развития России и вступления в ВТО - это очевидно. В тоже время, в законопроекте ощущается непроработанность ряда моментов. Для хозяйствующих субъектов наиболее привлекательны положения законопроекта о возможных правах собственника/владельца/обладателя информации в отношении третьих лиц. Правах не только распоряжаться информацией (накапливать, хранить, использовать, реализовывать как объект гражданского права), что соответствует нормам ГК РФ и других положений, но и возможностью исключать третьих лиц в праве распоряжения (накапливания, хранения, использования, реализации как объекта гражданского права) этой или подобной информации[1] . В этом аспекте для нас очевидно, что на правовую/судебную систему государства возлагается нереализуемая задача в части декларируемого права обладателя на неиспользование информации третьими лицами без его согласия. Согласно законопроекту, Государство гарантирует защиту права обладателя того, что никто, кроме владельца и лиц, им уполномоченных, не видел, т.е. фактически неидентифицированую информацию. Защищать то, что отсутствует у независимого органа изначально. «Поди туда, не знаю куда». Конечно, в законопроекте прописана обязанность предоставлять информацию по требованию суда, прокуратуры и т.д. (государственных органов). Но какова вероятность того, что после запроса в госорганы попадет именно та информация, которая явилась предметом притязаний? Что мешает обладателю информации, до передачи в госорганы, изменить, подправить, вставить синонимы, уточнить суть в формулировке. Никто, т.к. лица, допущенные к этой информации, являются зависимыми от работодателя. И доказать факт изменения сути информационного блока и формы изложения будет невозможно. Сама информация – совокупность данных, символов, знаков, в силу своей нематериальности и возможности передачи существа/сути информационного блока различными путями и формами не может являться предметом рассмотрения без изначальной ее идентификации. Как, например, это сконструировано в патентном праве, когда предметом разбирательства (критерием сравнения) служит формула, предварительно зарегистрированная в уполномоченном государственном органе. В суде, в силу отсутствия предварительной фиксации в независимом органе и синомимичности любого языка, невозможно будет доказать что передавалась именно эта информация, а не другая. Рассмотрим утрированный пример из области техники. Обладатель информации (стол с четырмя ножками) хочет сохранить эту информацию в режиме коммерческой тайны и предпринимает для этого все необходимые действия, предписанные законопроектом. Но, как суд будет сравнивать эту информацию с, например, такой: «поверхность, имеющая четыре опоры». Или, «плоскость, которая приподнята над основанием посредством закрепленных на ней столбиков/опор, достаточных для обеспечения устойчивости в количестве более трех и менее пяти». Все эти разные по форме, но одинаковые по сути информационные блоки однозначно вызывают в нашем сознании образ стола, т.е. обозначают одну технической сущность. Как будет поступать судья, опираясь на предложенный закон о коммерческой тайне? В качестве другого примера возможной коллизии и неразрешимости существа дела с использованием предлагаемого законопроекта рассмотрим реальные разногласия владельцев товарных знаков «Лесной бальзам» и «Кедровый бальзам», которые разворачиваются в настоящее время. Оба знака зарегистрированы, но концерн "Калина", владелец товарного знака "Лесной бальзам", утверждает, что "Кедровый бальзам", владельцем которого является компания "Торн-Косметик", сходен до степени смешения с их знаком. Если рассматривать вопрос с точки зрения родового признака, то кедр один из видов деревьев, произрастающих в лесу, тайге, роще. Следующий возможный вариант, развивающий образ природных живительных сил - «Таежный бальзам». Но в законе о «товарных знаках и знаках обслуживания» присутствует механизм разрешения подобного спора в отношении однородных товаров – при помощи опросов потребителей выявить факт наличия или отсутствия смешения образов в сознании потребителя в отношении этих товарных знаков. Если предположить, что один из знаков, до регистрации, охранялся в режиме коммерческой тайны, а после регистрации другого были предъявлены претензии и требование неиспользования, то в предложенном законопроекте нет никаких способов, позволяющих разрешить данное противоречие. Именно поэтому, необходимо предусмотреть или детальное определение понятия «информация» для цели идентификации ее в ходе судебного разбирательства, что невозможно в рамках предлагаемого подхода, либо не конструировать подобные правовые акты, где в качестве предполагаемого предмета рассмотрения присутствует то, что невозможно однозначно определить. Разработчики законопроекта, в качестве обоснования, источника права определяющего возможность создания/формирования такой юридической конструкции указывают не на обычаи делового оборота, сложившиеся в РФ, а на положения международных договоров, участницей которых является, или планирует быть Россия. В частности, "Многосторонних торговых соглашений", "Торговых соглашений многостороннего характера", "Генерального соглашения по тарифам и торговле", являющихся неотъемлемой частью Марракешского соглашения о создании Всемирной Торговой Организации и имеющих обязательную силу для всех Членов ВТО, куда Российское сообщество втягивается необратимым процессом Глобализации мировой торговли. Так, в приложении 1С (Соглашение об аспектах интеллектуальной собственности, связанных с торговлей (Agreement on Trade-Related Aspects of Intellectual Property Rights; ТРИПС), в разделе 7 – охрана закрытой информации – прописаны принципы, критерии и условия применения, при которых информация выступает как составная часть понятия «интеллектуальная собственность» в широком смысле – как право на защиту от недобросовестной конкуренции. В этом случае, для физических и юридических лиц, в отношении такой информации, предусматриваются права на ограничение прав третьих лиц на такую информацию. Выдержки из приложения 1С ТРИПС: Раздел 7: Охрана закрытой информации Статья 39 1. В процессе обеспечения эффективной защиты против недобросовестной конкуренции, как предусмотрено в статье 10-бис Парижской конвенции (1967 г.)[2] , члены охраняют закрытую информацию в соответствии с пунктом 2 и сведения, представленные правительствам или государственным органам, в соответствии с пунктом 3. 2. Физическим и юридическим лицам предоставляется возможность препятствовать тому, чтобы информация, правомерно находящаяся под их контролем, без их согласия была раскрыта, получена или использована другими лицами способом, противоречащим честной коммерческой практике[3] , при условии, что такая информация: (а) является секретной в том смысле, что она в целом или в определенной конфигурации и подборе её компонентов не является общеизвестной и легко доступной лицам в тех кругах, которые обычно имеют дело с подобной информацией; (b) ввиду своей секретности имеет коммерческую ценность; и (с) является объектом надлежащих в данных обстоятельствах шагов, направленных на сохранение её секретности со стороны лица, правомерно контролирующего эту информацию. Т.е. условия, при которых возможны права на информацию, в международном соглашении определены следующим образом: - реализация способа, противоречащего честной коммерческой практике, при котором происходит расторжение договора; подрыв доверия или содействие подрыву доверия, и включающего приобретение закрытой информации третьими лицами, которым было известно или не было известно в результате грубой небрежности, что приобретение такой информации подразумевает такую практику. В отношении состава информации, которая может выступать в качестве закрытой информации (коммерческой тайны) и которая может быть объектом исключительных прав в правоотношениях, так же предусмотрены действенные ограничения в виде следующих критериев: · общеизвестности и легкодоступности в получении; · коммерческой ценности, определяемой ее секретностью; · обязательностью сохранения и отслеживания режима секретности. Таким образом, не любая информация и не в любых условиях применения может выступать как объект правоотношений с точки зрения ограничения прав третьих лиц. В рассматриваемом законопроекте отсутствует ограничение по первому пункту. Разберем другой типичный случай, показывающий противоречивость законопроекта. Коммерческая организация, осуществляющая торговые операции имеет базу данных поставщиков и потребителей. Эти базы данных, по мнению руководства, представляет несомненную коммерческую ценность и являются объектом притязаний со стороны конкурентов. К ней ограничен доступ части сотрудников фирмы, непосредственно не связанных с оформлением договоров, и третьих лиц; на материальном носителе присутствует гриф «для служебного пользования». Так, в соответствии с обсуждаемым законопроектом о коммерческой тайне, такая БД является объектом коммерческой тайны фирмы, и фирма наделяется правом требования неиспользования третьими лицами ее в хозяйственном обороте, правом требования компенсации в случае выявления ущерба. В тоже время, в общедоступных справочниках имеется информация о производителях продукции и о потенциальных потребителях ее в стране и за рубежом. Поэтому, в соответствии с пунктом 2а статьи 39 раздела 7 Приложения 1С ТРИПС, в отношении такой информации не могут предоставляться права как право на защиту от недобросовестной конкуренции, так как данные о поставщиках и потребителях являются общеизвестными и легко доступными для лиц в тех кругах, которые обычно имеют дело с подобной информацией. Т.е. присутствует явное несоответствие положений законопроекта и международного договора. И, при рассмотрении дела в суде, положение международного договора будет иметь приоритет. Заключение. Предложенный вариант законопроекта о коммерческой тайне не вносит ясности в отдельные аспекты, связанные с обращением в гражданском обороте информации, содержащейся в режиме коммерческой тайны; Ряд положений прямо противоречит положениям международных договоров; Большая часть вопросов, связанных с введением в хозяйственный оборот информации, сохраняемой в режиме коммерческой тайны, регламентирована уже существующими нормами в различных законодательных актах РФ; Вопросы, которые не регламентированы в существующих нормативных актах, предложенный законопроект не решает.