Становление государственного социализма в СССР


Становление государственного социализма в СССР.


Содержание

 

1.         Экономика России в период «Военного коммунизма».

2.         Экономика России в период «НЭПа». Свертывание «НЭПа» и формирование комадно-административной экономики.

 

Экономические процессы, проходившие в стране, имеют свою внутреннюю логику. Можно выделить несколько этапов хозяй­ственного развития: октябрь 1917 — лето 1918 г. («красногвардей­ская атака на капитал»), лето 1918 — 1920 гг. (политика «военного коммунизма»), 1921 — середина 1920-х гг. (новая экономическая политика), середина 1920-х — конец 1930-х гг. (оформление ' командно-административной системы).

 

1. Экономика России в период «красногвардейской атаки на капитал»

25 октября (7 ноября) 1917 г. к власти пришла одна из ради­кальных партий России — РСДРП(б). Основные положения эко­номической стратегии большевиков были разработаны В.И. Ле­ниным весной — летом 1917г.

В основе программы лежали теоретические положения о мо­дели социализма, разработанной К. Марксом и Ф. Энгельсом. Новое общество должно было иметь бестоварный (безденежный) механизм. Но на первой стадии строительства нового общества предполагалось функционирование товарно-денежных отноше­ний. Для понимания дальнейших событий следует иметь в виду, что длительность переходного периода не определялась да и не могла быть определена. Конкретные исторические условия 1917—1918 гг. в сочетании с революционным нетерпением масс рабочих и не­приятием буржуазией новой власти «подстегнули» вызревание идей о возможности немедленного осуществления коммунисти­ческих принципов, создали иллюзию завершения перехода к со­циализму и коммунизму. И для того чтобы преодолеть тяжелей- ший кризис и одновременно использовать капитал в интересах трудящихся, предлагалась централизация хозяйственной жизни и всеобъемлющий характер государственного аппарата на основе вовлечения в управление всех граждан.

Материальной базой этих процессов призвана была стать на­ционализация банков и синдикатов, которая, по замыслу больше­виков, не должна была разрушать капиталистические хозяйст­венные связи, а наоборот, объединить их в общенациональном масштабе, стать формой функционирования капитала в период перехода к социализму и привести общество к самоуправлению.

В сфере аграрных отношений большевики придерживались идеи о немедленной конфискации помещичьих земель и их национа­лизации. Но в предреволюционные месяцы они откорректировали свою аграрную программу за счет «заимствований» у социалистов-революционеров (эсеров) и поддержали уравнительность земле­пользования крестьян.

Таковы были основные программные установки. Но посколь­ку правительство большевиков унаследовало экономические и политические проблемы, связанные с кризисом военного времени, постольку и вынуждено было проводить политику, в значитель­ной степени противоречащую своим заявлениям.

Экономическую политику октября 1917 - лета 1918 г. В.И. Ле­нин определил как «красногвардейскую атаку на капитал». Основ­ными методами ее стали принуждение и насилие.

В число основных мероприятий данного периода входили: организация рабочего контроля, национализация банков, прове­дение в жизнь «Декрета о земле», национализация промышлен­ности и организация государственной системы управления, вве­дение монополии внешней торговли.

Национализации банков, как и национализации промышлен­ных предприятий, предшествовало установление рабочего контроля.

Органы рабочего контроля возникли еще во время Февральской революции в форме фабрично-заводских комитетов. Новое руко­водство страны рассматривало их как один из переходных шагов к социализму, видело в практическом контроле и учете не только контроль и учет результатов производства, но и форму организа­ции, налаживания производства трудящимися, поскольку перед всенародным контролем ставилась задача «правильно распреде­лить труд».

Рабочий контроль предполагалось осуществлять в течение про­должительного периода. 14 (27) ноября 1917г. принимается «По­ложение о рабочем контроле». Его выборные органы намечалось создавать на всех предприятиях, где использовался наемный труд, -в промышленности, на транспорте, в банках, торговле, сельском хозяйстве. Контролю подлежали производство, снабжение сырь­ем, продажа и хранение товаров, финансовые операции. Устанав­ливалась судебная ответственность владельцев предприятий за невыполнение распоряжений рабочих-контролеров. В ноябре-декабре 1917 г. рабочий контроль был установлен на большинстве крупных и средних предприятий в главнейших промышленных центрах. Он считался школой прдготовки кадров советского хо­зяйственного аппарата и важным средством налаживания государ­ственного учета ресурсов и потребностей. Одновременно рабочий контроль в значительной степени ускорил проведение национализации и изменил ее направленность.

Государственный банк был занят Красной гвардией в первый же день Октябрьской революции. Овладение Государственным банком создало более благоприятные условия для проведения ра­бочего контроля за финансами предприятий.

Более сложным делом было овладение частными банками. 27 декабря 1917 г. вышел декрет ВЦИК о национализации бан­ков, однако фактическая ликвидация частных банков и слияние их с Государственным банком продолжались до 1920 г. Проведе­ние рабочего контроля по всей стране встретило естественное со­противление банкиров. Частные банки отказывались выдавать деньги с текущих счетов предприятиям, где был введен рабочий контроль, не выполняли соглашений с Государственным банком, запутывали счета, подавали заведомо ложные сведения о состоя­нии дел, финансировали контрреволюционные заговоры. Эти дей­ствия были определены новой властью как саботаж со стороны владельцев частных банков, что значительно ускорило их нацио­нализацию (конфискацию).

Большевики сознавали необходимость постепенного проведе­ния национализации промышленности. Поэтому в первые месяцы после Октябрьской революции в распоряжение Советской власти переходили отдельные предприятия, имевшие большое значение для государства, а также предприятия, владельцы которых не под­чинялись решениям государственных органов. Прежде всего были национализированы крупные заводы военного назначения, например Обуховский, Балтийский. Однако уже в это время по иници­ативе рабочих объявлялись национализированными предприятия местного значения. Примером является Ликинская мануфактура (около Орехово-Зуева) — первое частное предприятие, перешед­шее в руки государства.

Постепенно идея национализации сводится на практике к кон­фискации. С начала 1918г. национализация промышленности на местах стала принимать характер массового и стихийно нарастав­шего конфискационного движения. Зачастую обобществлялись предприятия, к управлению которыми рабочие фактически не были готовы, а также маломощные предприятия, которые становились обузой для государства; расширялась практика неза­конной конфискации по решению фабзавкомов с последующим утверждением государственными органами. Все это отрицатель­но сказывалось на работе промышленности, поскольку наруша­лись хозяйственные связи, затруднялось налаживание контроля и управления в масштабе страны и усугублялся кризис.

Нарастание этой неконтролируемой волны вынудило Совет народных комиссаров (СНК) пойти на централизацию «хозяй­ственной жизни в общенациональном масштабе» с целью сохране­ния разрушавшихся экономических связей. Это наложило отпе­чаток на характер национализации второго этапа (весна—лето 1918). В ведение государства переходили уже целые отрасли про­изводства. В начале мая была национализирована сахарная про­мышленность, в июне — нефтяная, завершалась национализация металлургической и машиностроительной промышленности. В условиях Гражданской войны в январе 1919 г. началась нацио­нализация всех промышленных предприятий.

Преобразования в сфере аграрных отношений осуществлялись на основе «Декрета о земле». В нем провозглашалась отмена част­ной собственности на землю (ст. 1), передача помещичьих име­ний, «равно как всех земель удельных, монастырских, церковных, со всем живым и мертвым инвентарем», в распоряжение волост­ных земельных комитетов и уездных Советов крестьянских де­путатов с признанием равноправия всех форм землепользования (подворной, хуторской, общинной, артельной) и правом раздела конфискованной земли по трудовой или потребительской норме с периодическими переделами (ст. 7,8).

Таким образом, и в аграрной политике большевики отошли от стратегии немедленного «введения» социализма в сторону мер, на-

правленных на спасение страны от «грозящей катастрофы». На­правленность и степень радикальности этих мер в значительной степени усиливались политическими устремлениями части пра­вящей партии (сторонники Н.И. Бухарина и Л.Д. Троцкого) к ско­рейшему разрушению основы эксплуатации — товарно-денежных отношений. «Сверхреволюционность» проявлялась и в деревне: при действиях продотрядов (их формирование началось в мае 1918г. после утверждения декрета «О предоставлении Народно­му комиссариату продовольствия чрезвычайных полномочий по борьбе с деревенской буржуазией, укрывающей хлебные запасы и спекулирующей ими») и комбедов (созданы на основании декре­та от 11 июня 1918 г.), в незаконных поборах с крестьянства, ка­рательных отрядах, децимациях (расстрелах каждого десятого) в случаях невыполнения заданий по продразверстке. Это приводи­ло к дискредитации Советской власти и нарастанию угрозы граж­данской войны.

Национализация и раздел земли проводились на основе закона о социализации земли, принятого 27 января 1918 г. В нем опре­делялся порядок раздела и надела. В 1917—1919 гг. раздел был про­изведен в 22 губерниях. И хотя вновь получили землю около 3 млн крестьян, раздел вызвал рост социальных противоречий в деревне — летом 1918 г. было подавлено 108 мятежей.

Все эти мероприятия отразились и на объемах заготовок. От­ветной реакцией государства стало принятие ряда мер военного характера: установлена государственная монополия на хлеб; продовольственные органы наделялись чрезвычайными полномо­чиями по закупке хлеба; создавались продотряды, задачей кото­рых было изъятие излишков хлеба по твердым ценам. Заметим, что весной 1918 г. деньги уже мало что значили и хлеб фактически изымался бесплатно, в лучшем случае путем обмена на промыш­ленные товары. Да и товаров становилось все меньше, так как к осени 1918 г. промышленность была почти парализована.

Натурализация хозяйства, свертывание товарно-денежных от­ношений, необходимость централизованного распределения продуктов создавали видимость завершения переходного периода. Следствием этого, а также теоретической основой для последу­ющих экономических мероприятий стали положения лидеров пра­вящей партии о необходимости и возможности, опираясь на энтузиазм масс, указания из центра и усилия пролетарского госу­дарства, организовать общегосударственное производство и рас-

293 пределение. Это накладывало отпечаток на функциональную ори­ентацию органов управления хозяйством.

В целом к началу Гражданской войны система госу­дарственного управления народным хозяйством выглядела следу­ющим образом. ЦК партии разрабатывал теоретические основы деятельности аппарата. Общее руководство осуществлял Совет народных комиссаров (Совнарком), решавший наиболее важные во­просы. Отдельными сторонами народно-хозяйственной жизни ру­ководили народные комиссариаты. Их местными органами явля­лись соответствующие отделы исполкомов Советов. Высший со­вет народного хозяйства (ВСНХ), созданный в 1917 г. как общехозяйственный центр, в конкретных исторических условиях «красногвардейской атаки на капитал» трансформировался в центр управления промышленностью. При этом доминировал отрас­левой подход к управлению.

С началом Гражданской войны летом 1918 г. и иностранной интервенции страна была объявлена единым военным лагерем и устанавливался военный режим, целью которого было сосре­доточение в руках государства всех имевшихся ресурсов и спасе­ние остатков хозяйственных связей.

Эта политика, получившая позднее название политика «воен­ного коммунизма», приобрела завершенные очертания к весне 1919 г. и представляла собой проведение трех основных групп ме­роприятий:

• для решения продовольственной проблемы было организова­но централизованное снабжение населения. Торговля заменя­лась принудительным государственно-организованным распределением. В январе 1919г. была введена продовольствен­ная разверстка: свободная торговля хлебом объявлялась госу­дарственным преступлением. Полученный по разверстке хлеб (а позднее и другие продукты и товары массового спроса) рас­пределялся в централизованном порядке по классовой норме; национализировались и лишались хозяйственной самостоятель­ности все промышленные предприятия (оформилась так назы­ваемая система главкизма);

• вводилась всеобщая трудовая повинность. Всех уклонявшихся от нее предлагалось обвинять в дезертирстве, создавать из них штрафные рабочие команды или даже заключать в концентра­ционные лагеря.

В сложившейся обстановке ускорился процесс вызревания идеи о немедленном построении бестоварного социализма путем замены торговли планомерным, организованным в общегосударствен­ном масштабе распределением продуктов. Поэтому в конце 1920 -начале 1921 г. целенаправленно проводились «военно-коммунис­тические» мероприятия. На их реализацию были направлены дек­реты Совнаркома «О бесплатном отпуске населению продоволь­ственных продуктов» (4 декабря 1920), «О бесплатном отпуске населению предметов широкого потребления» (17 декабря), «Об отмене платы за всякого рода топливо» (23 декабря). Уже предла­гались проекты отмены денег: вместо них С. Струмилин и Е. Варга предлагали использование учетных трудовых или энергетических единиц — «тредов» и «энедов». Однако кризисное состояние эко­номики свидетельствовало о неэффективности применяемых мер. В 1920 г. по сравнению с 1917 г. добыча угля снизилась в три раза, выплавка стали — в 16 раз, производство хлопчатобумажных тка­ней — в 12 раз. Рабочие Москвы, занятые самым тяжелым физи­ческим трудом, получали в день 225 г хлеба, 7 г мяса или рыбы, 10 г сахару.

Резко усиливалась централизация управления. Предприятия лишались самостоятельности в целях выявления и максимально­го использования наличных ресурсов. Верховным органом стал с 30 ноября 1918 г. Совет рабочей и крестьянской обороны, который был призван установить твердый режим во всех отраслях народ­ного хозяйства и теснейшую координацию работы ведомств.

Высшим органом управления промышленностью оставался ВСНХ, структура которого приобрела ярко выраженный военный характер. Центральный аппарат ВСНХ состоял из общих (функ­циональных) и производственных отделов (металла, горный, тек­стильный и пр.). Производственные отделы решали общие во­просы распределения сырья, ведали учетом и распределением готовой продукции, финансированием отдельных отраслей. В ве­дении производственных отделов ВСНХ находилось по несколько родственных отраслей промышленности.

Оперативное руководство предприятиями было сосредоточено в основном в так называемых главных комитетах — главках или центрах, подчинявшихся ВСНХ (Главнефть, Главсоль, Центро-медь и др.). До конца 1918 г. было создано 42 главка. Между глав­ком и предприятием в ряде отраслей стояло еще одно звено - трест, управлявший несколькими предприятиями. При местных Советах сохранялись совнархозы. В их ведении находилось сравни­тельно небольшое количество мелких предприятий, не подчинявшихся непосредственно ВСНХ. Такая система централизованно­го управления получила название главкизм.

Несмотря на тяжелейшее положение в стране, правящая партия в это время начала определять перспективы развития страны, что нашло выражение в плане ГОЭЛРО (декабрь 1920) — первом пер­спективном народно-хозяйственном плане/План предусматривал первоочередное развитие машиностроения, металлургии, топлив­но-энергетической базы, химии и железнодорожного строитель­ства — отраслей, призванных обеспечить технический прогресс всей экономики. В течение десяти лет предполагалось почти удвоить промышленное производство при увеличении числен­ности рабочих всего на 17%. Намечалось строительство 30 круп­ных электростанций. Но речь шла не просто об электрификации народного хозяйства, а о том, чтобы на этой основе перевести экономику на интенсивный путь развития. Главным было обес­печение быстрого роста производительности труда при наимень­ших затратах материальных и трудовых ресурсов страны.


2. Новая экономическая политика

С окончанием Гражданской войны на первый план вышла за­дача восстановления народного хозяйства с помощью новой эко­номической политики. Политика «военного коммунизма» не в со­стоянии была решить основную хозяйственную задачу — вывести страну из разрухи и тем более не могла быть использована для решения новой стратегической задачи — построения «материаль­ного фундамента социализма». Стало очевидным также, что «ком­мунизм» как идеальная модель и его реальное воплощение — раз­ные вещи. Поэтому возникла необходимость изменения полити­ки государственного хозяйствования.

Военизированная система управления (главкизм), милитари­зация труда, бюрократизация аппарата, недовольство продразвер­сткой вызвали внутриполитический кризис. Он проявился в вос­станиях 1920—1921 гг., вспыхнувших на Дону, Кубани, Украине, в Поволжье и Сибири, Тамбовской губернии, а также в Крон­штадте (март 1921) и забастовках на предприятиях Петрограда, Москвы, Иваново-Вознесенска и Тулы.

В марте 1921 г. на X съезде РКП(б) было принято решение об отмене продразверстки и введении фиксированного продналога. Он определялся в виде процентного или долевого отчисления продук­тов с учетом числа едоков, наличия скота и объема полученного урожая. Размер налога устанавливался до сева и носил строго диф­ференцированный характер: для малоимущих крестьян он зани­жался, а в особых случаях отменялся вообще. Одновременно пред­полагалось, что излишки продукции будут реализовываться в рам­ках прямого обмена на промышленные товары. Однако обмен практически сразу перерос в торговлю, что вызвало необходимость признания товарно-денежных отношений и торговли как формы их реализации.

Система продналога обеспечивала возможность накопления излишков сельскохозяйственной продукции и сырья у крестьян­ства, что создавало стимул (спрос) для промышленного про­изводства. Поскольку государственная промышленность не мог­ла обеспечить достаточного товарного фонда, а государственных средств не хватало на восстановление, следующим необходимым шагом стала децентрализация промышленности на основе трес­тирования с переводом предприятий на хозяйственный (коммер­ческий) расчет. Объединялись в тресты предприятия, имевшие государственное значение и не требовавшие значительных капи­тальных вложений. Остальные подлежали консервации либо сда­вались в аренду частным лицам или в концессию иностранцам. Позднее возникла новая форма организации производства — син­дикаты, выполнявшие функции торгово-распределительного ап­парата трестов по реализации продукции и снабжению предпри­ятий сырьем. Постепенно синдикаты из торговых трансформиро­вались в регулирующие, а отчасти и управленческие организации.

Возрождение товарно-денежных отношений привело к необ­ходимости восстановления денежной системы. В 1922—1924 гг. была проведена денежная реформа — поэтапно вводилась твердая конвертируемая денежная единица (червонец). Одновременно была проведена налоговая реформа и возрождена кредитно-банков­ская система.

Составной частью реформ стали коренные изменения в тру­довых отношениях. Отменялась трудовая повинность, предприя­тия обеспечивались рабочей силой путем найма через биржи тру­да, отменялся уравнительный принцип оплаты; натуральная оплата заменялась денежной, вводилась сдельная оплата труда (1922). Однако у этого процесса была обратная сторона — безрабо­тица. Но новая система организации труда способствовала повы­шению его производительности.

В аграрной политике также произошли изменения. Натураль­ный налог был заменен денежным, разрешены наем батраков и аренда земли. В восстановлении хозяйства важнейшую роль сыг­рали кооперативные организации, которые обеспечивали до 96% потребностей промышленности в сырье.

Основные мероприятия новой экономической политики:

• построение отношений между городом и деревней на эконо­мической основе;

• развитие промышленности на новых организационных прин­ципах и на базе электрификации;

• кооперирование населения;

• внедрение хозрасчетных отношений, допуск частного капита­ла в экономику;

•налаживание государственного регулирования, планирования и управления экономикой;

•повышение образовательного и культурного уровней населения позволили к 1925 г. достичь основных довоенных показателей экономического развития.

Успешное восстановление народного хозяйства в значительной степени было обусловлено объединением 30 декабря 1922 г. само­стоятельных Советских республик — РСФСР, Украинской ССР, Белорусской ССР и Закавказской СФСР в единое государство — Союз Советских Социалистических республик.

 

3. Свертывание нэпа и формирование, командной экономики

Год 1925-й стал переломным в экономической истории нашей страны. Это прежде всего связано с решением о необходимости ин­дустриализации, основная задача которой состояла в превращении страны, ввозящей машины и оборудование, в страну, производя­щую их. В качестве основных источников индустриализации дол­жны были стать доходы от национализации промышленности, транспорта, торговли; налоговая система; внутренние займы; до­ходы от экспорта сельскохозяйственной продукции; внутрипромышленное перераспределение средств в пользу отраслей, про­изводящих средства производства (группа А) посредством вводи­мого налога с оборота. Среди источников обращает на себя внимание так называемая перекачка, под которой подразумевался неэквивалентный обмен между городом и деревней. Все эти меры значительно усложняли поддержание сбалансированности экономических интересов товаропроизводителей, создавали угрозу нарушения баланса хозяйственной рыночной системы и назрева­ния кризисных явлений и повышали вероятность попыток реше­ния экономических проблем политическими (внеэкономически­ми) методами.

В это время происходил пересмотр взглядов на само существо нэпа. Ленинская трактовка нэпа как способа строительства соци­ализма уступала установке на то, что нэп — временное отступление к капитализму.

На первом этапе индустриализации (1926—1928) строилось вновь и реконструировалось около 800 крупных предприятий. Большое внимание уделялось развитию энергетической базы — добыче угля, нефти, строительству электростанций. В этот пери­од были введены в эксплуатацию Штеровская в Донбассе и Земо-Авчальская в Закавказье, Волховская электростанции; начато стро­ительство Брянской, Челябинской, Иваново-Вознесенской элек­тростанций. Началась прокладка новой железной дороги -Турксиба (из Средней Азии в Сибирь). Преимущество отдавалось окраинным районам страны.

Развертывание индустриализации сопровождалось свертыванием рыночных принципов, наступлением на частный капитал, а также усилением административных тенденций в управлении.

В 1926 г. обнаружилась нехватка металла, а затем и других ма­териалов и сырья. Одновременно начал назревать товарный голод на потребительском рынке.

Для регулирования снабжения был создан Комитет государ­ственных заказов одно из первых звеньев будущей администра­тивной системы.

Среди причин такого положения можно выделить следующие: • «перекачка» привела к тому, что крестьян не могли удовлет­ворить государственные заготовительные цены, и они предпо­читали продавать продукцию частным заготовителям или вы­жидать более выгодной конъюнктуры. Следствием этого стал срыв хлебозаготовок и невыполнение экспортных обязательств; недостаток доходов от экспорта вынудил сократить планы про­мышленного производства и капитального строительства; .• привлечение на строительство большого числа рабочих (преимущественно из деревни) увеличило платежеспособный спрос, не покрываемый товарной массой; кроме того, в 1927 г. было проведено снижение цен на 10%; параллельно возросла номинальная заработная плата рабочих;

• с 1926 г. начала проводиться активная политика вытеснения частного капитала: повышены тарифы на перевозки частных грузов; прекращено государственное кредитование частных предприятий; началась ликвидация обществ взаимного креди­та; кроме промыслового и прогрессивного подоходного нало­гов был введен (1927) налог на сверхприбыль; запрещалась сда­ча в аренду отдельным лицам госпредприятий и прерывались заключенные договоры; сокращалось число иностранных кон­цессий.

Это привело к быстрому сокращению частного сектора, преж­де всего в торговле, а поддержать нормальный товарооборот го­сударственная торговля не могла из-за неразвитости своей сети. То же самое следует сказать и о государственных заготовительных органах.

В декабре 1927 г. партийное руководство вышло с программой дальнейшего социалистического строительства: «перереконструи­рование» нэпа, развертывание кооперирования по произ­водственному принципу и коллективизации, расширение плано­вых начал в экономике, активное наступление на капиталисти­ческие элементы города и деревни. И хотя первоначально руководство страны пыталось ограничить перекачку средств из сферы крестьянского хозяйства, тем не менее хлебозаготовитель­ный кризис 1927/28 хозяйственного года привел к применению чрезвычайных мер, использованию административного и судеб­ного нажима на зажиточных крестьян для обеспечения города хле­бом, включая конфискацию хлебных излишков. А в 1928 г. И.В. Сталин выступил с теорией «дани», т.е. добавочного налога на крестьянство, сверхналога для поддержания высоких темпов индустриализации. Таким образом, экстраординарные меры пе­реросли в новую политическую линию и получили практическое воплощение, став основой раскручивания «машины чрезвы­чайщины».

Переход в 1929 г. на карточную систему снабжения нанес по­следний удар по частной торговле.

В 1930 г. было ликвидировано большинство концессий, упразд­нены товарные биржи и ярмарки. Прекращалась деятельность частных и смешанных акционерных обществ, обществ взаимного кредита и т.д. К осени 1931 г. ликвидировалась и частная промыш­ленность,

Завершение восстановления и расширение государственного (социалистического) сектора создали условия и вызвали необхо­димость перехода от годового планирования в форме контроль­ных цифр к перспективному планированию. Разработка первого пятилетнего плана велась начиная с 1925 г., а в мае 1929 г. он был утвержден.

Первый пятилетний план охватывал 1928—1932 гг. Целевой установкой плана была необходимость «стремиться к достижению наиболее благоприятного сочетания следующих элементов: рас­ширенного потребления рабочих и крестьянских масс; расши­ренного воспроизводства (накопления) в государственной инду­стрии на основе расширенного воспроизводства в народном хо­зяйстве вообще; более быстрого, чем в капиталистических странах, темпа народно-хозяйственного развития и непременного система­тического повышения удельного веса социалистического хозяйст­венного сектора, что является решающим и главным моментом во всей хозяйственной политике пролетариата». Было подготовлено два варианта плана: отправной и оптимальный. Утвержден был оптимальный вариант, а отправной стали именовать минималь­ным, оппортунистическим.

Планом предусматривалось увеличить объем промышленной продукции в 2,8 раза при преимущественном развитии тяжелой промышленности; преодолеть отставание сельского хозяйства, наладить его социалистическое переустройство; обеспечить вытес­нение и ликвидацию капиталистических классов и создание эко­номической базы для построения социалистического общества.

В течение последующих лет ряд показателей изменялся в сто­рону увеличения, что сделало план практически невыполнимым, несмотря на высокие темпы развития производства. Тем не ме­нее в январе 1933 г. было объявлено, что пятилетний план выпол­нен досрочно.

Одновременно приобрела определенность новая система управ­ления, получившая впоследствии название «командно-админист­ративной». В 1932 г. ВСНХ был реорганизован в наркомат, ве­давший тяжелой промышленностью. Дальнейшее развитие систе­мы шло по линии разукрупнения наркоматов, особенно интенсивно в 1938-1939 гг. К марту 1939 г. их насчитывалось уже 34. Были восстановлены коллегии наркоматов. Резко возрастала численность чиновников. Например, за первую пятилетку аппа­рат вырос как минимум в 16 раз.

Необходимость привлечения огромных средств для индустри­альных новостроек вынуждала, как указывалось выше, осуще­ствлять их «перекачку» из сельскохозяйственного сектора. В усло­виях решительного сокращения частного сектора в промышлен­ности и торговле крестьянство все более проигрывало от неэквивалентного обмена. Это привело к сокращению посевов и сокрытию товарного хлеба. С темпами индустриализации, таким образом, оказались неразрывно связаны и темпы кол­лективизации, поскольку в тот момент только коллективное (кон­тролируемое и управляемое государством) хозяйство могло дать увеличение сырьевых и финансовых поступлений.

Коллективизация началась в 1928 г. В качестве первоочередной задачи в области сельского хозяйства признавалось развитие всех форм кооперации, а перспективной задачей — постепенный переход к коллективной обработке земли на основе новой техники (элект­рификации). Но не устанавливачись сроки, формы и способы коо­перирования. В отношении эксплуататорских классов выдвигалась задача их вытеснения экономическими методами, снижения удель­ного веса частного сектора при возможном его абсолютном росте.

Однако при практическом осуществлении этих решений было допущено отступление от программных установок, нарушены ос- , новные принципы кооперации: добровольность, постепенность, материальная заинтересованность. Форсированная коллективизация привела не только к резкому сокращению поголовья скота и сбора зерновых, но и к человеческим жертвам, достигавшим 10 млн че­ловек. В результате в годы первых пятилеток существовала карточ­ная система снабжения населения (до 1936). Тем не менее коллек­тивизация создавала социальную базу для модернизации аграрно­го сектора, позволяла повысить производительность труда, высвободить трудовые ресурсы для других сфер экономики.

Следует отметить, что первая пятилетка отличалась очень вы­сокими темпами прироста промышленной продукции, которые, хотя и были ниже плановых, значительно превосходили темпы прироста продукции в других странах.

Программа по общему объему промышленного производства была выполнена на 93—97%, по тяжелой промышленности — на 108%. Однако показатели по важнейшим видам промышленной продукции в натуральном выражении оказались ниже плановых.

Первая пятилетка явилась временем коренной ломки структу­ры промышленного производства: удельный вес тяжелой промыш­ленности в валовой продукции всей промышленности поднялся до 53,4% против 39,5% в 1928 г. Продукция машиностроения и метал­лообработки возросла в четыре раза. Изменились и пропорции меж­ду основными отраслями народного хозяйства. Удельный вес про­мышленной продукции в совокупной продукции промышленности и сельского хозяйства поднялся с 51,5% в 1928 г. до 70,7% в 1932 г. Было построено 1500 заводов и фабрик, среди них крупнейшие — Сталинградский тракторный завод, Горьковский и Московский автомобильные заводы, Уралмаш. Появились новые отрасли: производство пластмасс (г. Владимир) и искусственного каучука (г. Ярославль). Были созданы новые очаги промышленности на вос­токе страны (Казахстан, Сибирь, Средняя Азия).

В системе управления народным хозяйством происходило окон­чательное оформление командно-административной системы. Это выразилось в переходе к исключительно отраслевому принципу управления. Расширялась регламентация хозяйственной жизни, администрированием охватывалась вся социально-экономическая структура общества.

Повышению эффективности общественного производства должна была способствовать кредитная реформа. В январе 1930 г. была отменена существовавшая система отпуска товаров и оказа­ния услуг в кредит. Все краткосрочное кредитование сосредото­чивалось в Государственном банке. Был введен такой порядок кредитования, при котором предприятия получали средства от банков по планам, составленным трестами, в которые они входи­ли. Предполагалось, что открытие предприятиям собственных счетов в банке повысит их оперативную самостоятельность. Од­нако практическое осуществление указанных мероприятий при­вело к обратному результату. Кредитование стало осуществляться «под план», что подрывало основы хозрасчета. Госбанк за счет покупателя оплачивал по установленной цене все счета постав­щиков независимо от качества и ассортимента продукции, а так­же возмещал все расходы, понесенные поставщиками.

Не стимулировала развитие инициативы предприятий и нало­говая реформа, хотя вместо множественности налогов и налого­вых изъятий в бюджет устанавливались налог с оборота и отчис­ления от прибыли.

Второй пятилетний план развития народного хозяйства был рассчи­тан на 1933—1937 гг. В качестве основной политической задачи пяти-

rtnrt летки выдвигались окончательная ликвидация капиталистических элементов, полное уничтожение причин, порождающих деление об­щества на классы и эксплуатацию человека человеком.

Материальной основой решения этих задач должно было явить­ся завершение технической реконструкции народного хозяйства: необходимо было создать новейшую техническую базу для всех отраслей народного хозяйства, освоить новую технику и новые производства. Основное внимание уделялось машиностроению и созданию мощной энергетической базы. Руководство страны в это время приходит к осознанию необходимости приближения пла­новых заданий к реальным возможностям экономики. Поэтому план по среднегодовому приросту промышленной продукции опеделялся в размере 16,5% (по оптимальному варианту первого пятилетнего плана — свыше 20%).

В сельском хозяйстве главным становилось завершение кол­лективизации и организационно-хозяйственное укрепление кол­хозов. Предполагалось увеличить производство сельскохозяй­ственной продукции в два раза.

Ставилась также задача повысить уровень потребления в 2—3 раза на базе значительного роста доходов и снижения розничных цен на 35%.

Исходя из перечисленных задач объем капитальных затрат по всему народному хозяйству определялся в 133,4 млрд руб. вместо 64,6 млрд руб. в первую пятилетку. Около половины всех капиталь­ных затрат, направленных на новое строительство в тяжелой про­мышленности, предусматривалось вложить в восточные районы. Это ставило новые, более сложные задачи перед транспортом, отставание в развитии которого обнаружилось в годы первой пятилетки. Грузо­оборот транспорта должен был быть увеличен в два раза.

В качестве решающих условий выполнения плана выдвигались:

•развитие социалистического соревнования, прежде всего ста-.   хановского движения;

•рост производительности труда (на 63% за пятилетку);

•обеспеченность квалифицированными кадрами (намечалось под­готовить 5 млн работников массовых профессий, 850 тыс. спе­циалистов средней и 340 тыс. специалистов высшей квали­фикации).

Основные задачи второй пятилетки (в отличие от первой) были выполнены. Было построено и введено в эксплуатацию 4500 новых промышленных предприятий, достигнуто увеличение валовой про­дукции промышленности в два раза, продукции сельского хозяйства в 1,5 раза. Среднегодовой темп прироста промышленной про­дукции превысил плановое задание и составил 17,1%. Активно про­водилась техническая реконструкция хозяйства. В 1937 г. более 80% всей промышленной продукции было получено с новых и полнос­тью реконструированных предприятий. Значительное превышение плановых заданий по увеличению производительности труда в раз­личных отраслях дало возможность снизить себестоимость на 10,3% (в первой пятилетке отмечался рост себестоимости на 2,3%).

Произошел рост доходов граждан: они повысились вдвое за счет увеличения заработной платы, отмены карточной системы, сни­жения цен на товары массового потребления.

В результате выполнения второй пятилетки СССР в 1936 г. вышел на первое место в Европе и второе в мире по объему про­мышленной продукции, хотя по душевому производству все еще значительно отставал от развитых стран. Важнейшим итогом двух пятилеток считалось приобретение технико-экономической неза­висимости Советского Союза, который стал производить практи­чески все виды промышленного оборудования.

Во второй пятилетке была завершена коллективизация сель­ского хозяйства: в колхозах было объединено 93% всех крестьян­ских хозяйств. Колхозы охватывали более 99% всех посевных площадей. Вместе с тем формы и методы проведения коллекти­визации отразились на результатах сельскохозяйственного произ­водства. Так, посевные площади под зерновыми культурами за период с 1932 по 1937 г. возросли лишь на 4,8%, произошло со­кращение площадей под техническими и кормовыми культурами; хотя по сравнению с первой пятилеткой поголовье скота увели­чилось, продукция животноводства составляла 90% уровня 1913г.

Наращивание темпов сельскохозяйственного производства про­исходило во многом за счет повышения интенсивности труда. Так, если в 1925 г. в индивидуальном крестьянском хозяйстве на од­ного трудоспособного приходилось 92 человеко дня работы в год, то в колхозах на одного трудоспособного в 1937 г. — 185 человеко дней. Разумеется, анализируя результаты развития сельского хо­зяйства, нельзя не учитывать и факторы, способствовавшие повы­шению производительности труда, и прежде всего — функциони­рование машинно-тракторных станций, количество которых в 1937 г. достигло 5518. Они обслуживали 91,5% колхозов, являясь основой последующей индустриализации сельского хозяйства.

Коллективизация существенно отразилась на материальном положении крестьянства. Это выразилось прежде всего в снижении душевого потребления сельским населением продуктов пита­ния. Так, потребление на душу населения хлеба и хлебопродуктов в год составляло в 1928 г. — 250,4 кг, в 1932 г. — 214,6 кг; картофе­ля — соответственно 141,1 и 125,0 кг; мяса — 24,8 и 11,2 кг; масла — 1,5 и 0,7 кг. Во второй пятилетке положение стабилизировалось: в 1937 г. потребление хлеба и хлебопродуктов составило 249,1 кг, картофеля — 97,1 кг, мяса — 15,8 кг. Однако следует признать, что это произошло в решающей степени за счет личного хозяйства кол­хозников, которым с 1933 г. начали продавать скот на откорм. По­этому в 1936 г. валовая продукция животноводства, произведен­ная в подсобных хозяйствах, по сравнению с предыдущим годом возросла почти в два раза, или на 744 тыс. т, в то время как в кол­хозах — на 60%, или на 193,9 тыс. т. Весьма показателен факт неуклонного роста государственных заготовок в виде обязатель­ных поставок, натуроплаты за работу МТС, государственных за­купок. Темпы роста заготовок постоянно превышали темпы рос­та валовой продукции. Более того, например, если среднегодовой сбор зерновых в 1933—1937 гг. (72,9 млн т) уменьшился по срав­нению с первой пятилеткой (73,6 млн т), то государственные за­готовки и закупки зерновых (в среднем за год) выросли в 1,5 раза.

Третья пятилетка должна была стать важным этапом в решении провозглашенной основной экономической задачи — догнать и перегнать главные капиталистические страны по произ­водству продукции на душу населения. Выполнение намеченной программы предполагало поддержание высоких темпов развития всех отраслей советской экономики. Вместе с тем необходимо было учитывать резкое изменение международной обстановки, нарастание военной угрозы. Исходя из этого пятилетний план на 1938—1942 гг. предусматривал более высокие темпы динамики машиностроения, химической промышленности, энергетики, ме­таллургии.

В целях повышения обороноспособности новое строительство намечалось вести преимущественно в восточных районах страны в виде предприятий-дублеров.

В целом выполнение заданий пятилетки проходило успешно. К середине 1941 г. промышленность довела выпуск продукции до 86% плана, грузооборот железных дорог составил 90%, товаро­оборот достиг 92%. Но нельзя не учитывать, что развитие эконо­мики проходило в условиях усиления административного нажима на производителей. Полностью оформившись, система охватила своей деятельностью все стороны жизни общества и одновременно становилась тормозом развития экономики. Вторая половина 1930-х гг. отмечена заметным нарастанием проблем в хозяйствен­ной жизни. В феврале 1941 г. была предпринята попытка опреде­лить методы их преодоления. Вновь намечалось повсеместное вне­дрение хозрасчетных отношений и ряд других мер, но начать их реализацию не удалось.

Литература

 

1. Неровня Т.Н. История экономики в вопросах и ответах: Учеб. пособие Ростов н/ Д.: 1999.

2. История экономики и экономических учений. Учеб. пособие. Ростов н/ Д.: 2000.

3. Куликов А.Л. История экономики в вопросах и ответах: Учеб. пособие М.: ТК Велби, 2005.